Разбудило меня пение птиц. Подушка под щекой была мягкой, как облако, а голова ясной. Словно я, наконец, исполнила свою давнюю мечту — хорошенько выспаться. Но стоило пошевелиться и окончательно сбросить с себя остатки дремы, в сознание хлынули мысли и воспоминания. Про подвал с клетками, про лабораторию с устрашающей машиной, про обещание Гордона, про странную галлюцинацию... Лучше бы не шевелилась.
Резко села и огляделась. Сквозь щели в ставнях просачивались солнечные лучики. Простая деревянная кровать оказалась не такой огромной, как мне подумалось спросонья, да и комната напоминала кельи в монастырях: выбеленные стены, стул в углу, на котором кто-то предусмотрительно оставил одежду и щетку для волос. На застиранном половичке обнаружились туфли. Не растоптанные, новые, и нормального размера, а не мизерные, как у Патрисии… Ой!
Я впилась взглядом в свои руки. Мои, родные. Затем сдернула простыню, чтобы убедиться, что глаза меня не обманывают. Ноги тоже бы
Как же я соскучилась! По своей маленькой уютной квартирке, по таким дорогим сердцу вещам, по свободному стилю, в конце концов. Скинуть длинную юбку и влезть в джинсы оказалось истинным наслаждением. Платье, туфли и артефакт я сложила в ящик для одежды и запихнула подальше, на самую верхнюю полку шкафа. Теперь мое путешествие в Объединенные миры выглядело коротким красочным сном. Словно его и не было. Ключи нашлись на письменном столе вместе с разряженным мобильным и кошельком. Аккуратно сложенные, они не вызывали сомнения, что здесь похозяйничала мама.Квартира действительно выглядела чересчур чистой, нежилой. Сколько меня не было?В Конвеле прошло не больше двух недель, вдруг на Земле время течет иначе? Родные мои, нужно увидеться с ними, как можно скорее. Вот только для начала — разведать обстановку. В прошлом я бы сразу отправилась к родителям, но знакомство с одним лорд-стражем наложило свой отпечаток и сделало меня осторожной. Поэтому я поставила телефон на
В Конвеле не проходило и часа, чтобы я не думала о возвращении домой. Теперь, когда сбылась моя мечта, я не знала, что с ней делать. Родители помогали, как могли, о моей особенности они старались не заговаривать и не вспоминать. В отличие от Виты, которая прибежала на следующий день с сияющими глазами и забросала меня вопросами. Про Конвель, про химер, про Тобиаса. И наши вечерние посиделки снова вошли в привычку.— Неужели не хочешь вернуться? — спросила она через неделю, когда мы собрались на моей кухне и пили чай. Видимо, я слишком долго рассматривала картинку заснеженных гор на настенном календаре.— Очень хочу! — выпалила я.Искренне жалела, что отказалась от обучения. Вообще успела дико соскучиться по Конвелю. И если быть до конца честной, безумно скучала по Тобиасу. Даже не представляла, что по кому-то можно так скучать. Вот только не знала, скучает ли по мне Тобиас, нужна ли я ему. Ведь можно же было попросить Посейдона передать з
— Понимаешь, Юль, есть люди, которые в прошлой жизни были великими. Вот они и в этой станут великими. Им это пред-на-чер-та-но.Последнее слово Вита выговорила с трудом, по слогам. Еще бы, после семи коктейлей! Я бы после такого вообще из ресторана не выползла, а она умудрялась философствовать. Лена со Светой давно сопели и похрюкивали на заднем сиденье моего «Хендай Гетц», только двоюродная сестрица решила, что нужно взять от девичника все. Ведь замуж выходят один раз и на всю жизнь!— Вот ты веришь в рика… рема… рнацию?— Реинкарнацию?Ага, верю. Заодно в русалок в ванной, домовых под кроватью, путешествия во времени и в то, что мы не одни во Вселенной. Впрочем, последнее вполне могло оказаться правдой.— Нет.— Зря! — взвизгнула пьяная Витка, так что ее длиннющие локоны закачались в разные стороны.На окрашивание во все оттенки шоколада подруга потратила больше денег, че
Очнувшись, я для начала обрадовалась тому, что жива. Потом обрадовалась, что место моего заточения не напоминает лаборатории инопланетян из научной фантастики: ни тебе белоснежных стен, ни скользких операционных столов, ни яркого света сверху. На этом моя радость убежала, весело помахав на прощание. Вчера я не пила и прекрасно помнила все произошедшее. И монстра, и похищение моего тела, и похищение меня… в другой мир?Да, тело точно было чужим, я могла убедиться в этом даже при отсутствии зеркал. Слишком тонкие запястья, непривычно длинные волосы другого оттенка, маленькие ступни — это я поняла, стянув короткие коричневые ботинки. А комната выглядела как самая настоящая темница. Усыпанный соломой пол, в одном углу грязный матрас, в котором наверняка кто-то жил, в противоположном — дырка, понятно для каких нужд. С потолка все время капало, а единственным источником света была подвесная керосиновая лампа за толстыми железными прутьями. Напротив камеры —
На фантазию я никогда не жаловалась, поэтому прекрасно представила, как мое тело растягивают по столу, сантиметр за сантиметром. Медленно и невыносимо болезненно. Поэтому орала так, как еще никогда в жизни не орала. Разве что в далеком детстве, настолько далеком, что уже и не вспомнишь. Даже при виде похитившего меня монстра, кажется, кричала тише. До тех пор, пока не поперхнулась воздухом и закашлялась.Лорд-садист морщился, словно мой вой все еще звучал в его ушах. Да пусть у тебя барабанные перепонки лопнут, мерзавец! Вот его сообщник даже забыл про разбитый нос и зажал уши. А нечего глазеть на пытки, если нервы слабые!— Хорошо. Я верю, что вы не мисс Утконос. — От слов лорда мое сердце радостно вздрогнуло. Всего лишь на секунду. — Потому что такого человека не существует. Выдуманное имя, выдуманная личность, загадочное прошлое. О вас ничего неизвестно, Юлия.Кто сказал, что приключения — это интересно? Или что обычная жизнь пресная?
Приснится же такое!Открывать глаза все равно не хотелось, хотелось подольше поваляться в тепле, тем более что будильник все равно еще не звенел. Надо бы плед постирать, какой-то он слишком колючий и жесткий, и вообще как-то чересчур тихо. Я сплю с открытым окном, выходящим на оживленную улицу, по которой чуть свет начинают ходить трамваи… тьфу ты! Мы же к Витке ночевать ехали.Но не доехали…Открыла глаза, и тут же их закрыла.Потом снова приоткрыла один.Укрытая теплым зеленым пледом, я лежала на диванчике. На большом дубовом столе горела лампа, половину кабинета с орудиями пыток скрывал полумрак.Осознание того, что все случившееся — не сон, подбросило, как пружиной. От резкого движения закружилась голова, а сердце зачастило. Да что со мной? Может, пониженное давление у тела, которое мне досталось, или так выражается наша несовместимость? Соскребла себя с диванчика, проковыляла к письменному столу. В разб
И почти попала! Гордон увернулся в самый последний момент, а графин ударился о дверной косяк и раскололся, осыпав лорда осколками. Не то чтобы я надеялась на его доброту… Ладно, надеялась. Но приманка! Я подскочила с дивана, на этот раз не забыла подхватить подол и рванула к отряхивающему рубашку и брюки мерзавцу. — Ты должен вернуть меня домой! — Удивительно, но голос даже не дрожал. Почти. Я подлетела к Гордону и ткнула пальцем ему в грудь. — Ты же можешь это сделать. Отправь меня в мой неизведанный мир! Последнее я уже кричала. Гордон вперил в меня тяжелый взгляд, перехватил мою руку и мягко отвел в сторону. — Могу, но не стану, — прозвучало холодно в ответ. Вот так: могу, но не хочу. Ну вот чего я ждала? Особенно после похищения и связывания. Что Гордон сопроводит меня до дверей родной квартиры, а после пригласит на свидание? О чем вообще думала? Да я радоваться должна, что жива осталась! Но почему-то радоваться не получалось. — А
Впрочем, в камеру я не вернулась. Мы вышли из кабинета и свернули налево, в другой коридор. Я понятия не имела как выглядят местные полицейские участки, но в моем представлении они выглядели… немного иначе, и ничем не походили на жилой дом. В отличие от керосиновой лампы внизу, здесь было электрическое освещение: круглые лампочки в старинных пузатых плафонах. Редкие окна задернуты плотными коричневыми шторами, темно-зеленые узорчатые обои, деревянные панели. Когда-то мягкая, но сейчас порядочно вытертая ковровая дорожка щекотала ступни: с такими новостями даже обуться забудешь! В воздухе витал едва уловимый запах пыли и хвои, а может, я просто шла слишком близко к Гордону. Навстречу нам никто не попался, даже Бразза не было видно. Стычка в кабинете полностью вымотала меня, поэтому шагала, ни о чем не спрашивая. Только мысленно костерила одного наглого лорда и воображала кровавые сцены мести. Гордон резко остановился возле неприметной двери, в тот момент я как